 |
|
По этой же причине в Приложении III "Хазарская переписка" мы приводим полный перевод пространной редакции ответного письма хазарского царя Иосифа (изданной П. К...
Кестлер Артур (Artur Koestler)
«Тринадцатое колено. Крушение империи хазар и ее наследие»
Дальше начиналась сама территория - снежный сказочный городок, без конца и края, с чисто выметенными дорогами и дорожками среди искрящихся снежных сугробов, с голубыми елями по краям...
Эфраим Севела (Efraim Sevela)
«Мужской разговор в русской бане»
Я - американский писатель, пишущий об Америке, - работаю, полагаясь только на память, а память и в лучшем-то случа..
Джон Стейнбек (John Steinbeck)
«Путешествие с Чарли в поисках Америки»
Смотрите также:
Снова на дороге 2. (из архивов Джека Керуака)
М. Немцов. Джек Керуак. На иных уровнях безумия
Джек Керуак. Снова на дороге. (отрывки из дневников)
Рецензия на книгу Ангелы одиночества. Галина Ермошина Запертые в свободе - Русский журнал
Великое Послание Секса. Письмо Джеку Керуаку от Нила Кэссиди
JACK KEROUAC
1
The church is blowing a sad windblown "Kathleen" on the bells in the
skid row slums as I wake up all woebegone and goopy, groaning from another
drinking bout and groaning most of all because I'd ruined my "secret return"
to San Francisco by getting silly drunk while hiding in the alleys with bums
and then marching forth into North Beach to see everybody altho Lorenz
Monsanto and I'd exchanged huge letters outlining how I would sneak in
quietly, call him on the phone using a code name like Adam Yulch or Lalagy
Pulvertaft (also writers) and then he would secretly drive me to his cabin
in the Big Sur woods where I would be alone and undisturbed for six weeks
just chopping wood, drawing water, writing, sleeping, hiking, etc., etc. --
But instead I've bounced drunk into his City Lights bookshop at the height
of Saturday night business, everyone recognized me (even tho" I was wearing
my disguise-like fisherman's hat and fishermen coat and pants waterproof)
and "t'all ends up a roaring drunk in all the famous bars the bloody "King
of the Beatniks" is back in town buying drinks for everyone -- Two days of
that, including Sunday the day Lorenzo is supposed to pick me up at my
"secret" skid row hotel (the Mars on 4th and Howard) but when he calls for
me there's no answer, he has the clerk open the door and what does he see
but me out on the floor among bottles, Ben Fagan stretched out partly
beneath the bed, and Robert Browning the beatnik painter out on the bed,
snoring... So says to himself "I'll pick him up next weekend, I guess he
wants to drink for a week in the city (like he always does, I guess)" so off
he drives to his Big Sur cabin without me thinking he's doing the right
thing but my God when I wake up, and Ben and Browning are gone, they've
somehow dumped me on the bed, and I hear "I'll Take You Home Again Kathleen"
being bellroped so sad in the fog winds out there that blow across the
rooftops of eerie old hangover Frisco, wow, I've hit the end of the trail
and cant even drag my body any more even to a refuge in the woods let alone
stay upright in the city a minute -- It's the first trip I've taken away
from home (my mother's house) since the publication of "Road" the book that
"made me famous" and in fact so much so I've been driven mad for three years
by endless telegrams, phonecalls, requests, mail, visitors, reporters,
snoopers (a big voice saying in my basemerit window as I prepare to write a
story: ARE YOU BUSY? ) or the time the reporter ran upstairs to my bedroom
as I sat there in my pajamas trying to write down a dream -- Teenagers
jumping the six-foot fence I'd had built around my yard for privacy --
Parties with bottles yelling at my study window "Come on out and get drunk,
all work and no play makes Jack a dull boy! ".
Страницы: (140) : 123456789101112131415 ... >>
Вы читаете «Big Sur», страница 2 (прочитано 1%)
«Ангелы одиночества», закладка на странице 10 (прочитано 3%)
Тем временем:
...
Ибо сам процесс переживания прежде всего эпичен, в лучшем случае
лиричен и никогда не бывает драматичным. Драма требует кульминации,
однозначности, четкого направления, неукоснительной последовательности, а
любое переживание всегда стремится вширь, оно захватывает множество
посторонних предметов, оно то нарастает, то слабеет, словно качаясь на
волнах. Переживание есть лишь dynamis [здесь - возможность что-либо
сделать или чем-либо стать (греч.)] драмы, подобно тому как каменная глыба
есть лишь dynamis природы. Всякий, кто наблюдает жизнь, будь это даже
писатель, не причастный к драме, увидит просто старого еврея, одетого
так-то и так-то, имеющего те или иные склонности, занятого своим ремеслом.
Еврей этот порой ласково или ворчливо болтает со своей дочерью, у него та
или иная манера говорить; он выгодно обделывает свои делишки на Риальто,
ест и пьет, мучается из-за конкуренции христианских купцов, ссорится со
своим слугой и страдает, очевидно, всякими старческими недомоганиями. Но
драматург имеет право увидеть в Шейлоке только одно - его мстительность. И
драматург должен будет связать отношение еврея к дочери, к слугам, все его
разговоры на Риальто с этой мстительностью. Или просто опустить все эти
подробности. Ему нет дела до того, что Шейлок ест и пьет, и до того, как
он это делает. Он отметит только, что Шейлок не ест вместе с Антонио и
идет на ужин к Бассанио - по причине своей мстительности.
Природа не создает человека таким односторонним, типичным и ясным, как
требуется драматургу. Порой в жизни и Ярл Скуле бывает цельным, а Хокон
Хоконсен - слабым и противоречивым; но построение "Борьбы за престол"
требует, чтобы Хокон всегда был исполнен королевского величия, а Скуле -
раздираем противоречиями и сомнениями. Вся сила воздействия в драме
основывается на systasis ton pragmaton [взаимосвязь вещей (греч.)], то
есть на четкой согласованности всех ее моментов...
ресурс http://www.keruak.ru/
